Click to order
Cart
Total: 
Имя и Фамилия
Почта
Call Close
Оставьте свой номер, и мы свяжемся с вами!
Или позвоните нам сами
+ 7-926-915-7-915
Школа Релаксологии Алексея Шкипера

Нечувствование -
блокирование
эмоциональных связей

Отрывок из русского перевода книги Девида Шнарха «Страстное супружество», 2013 Олег Матвеев.
Kогда пары перестают отправлять и получать сексуальные вибрации, они начинают прикасаться друг к другу без чувствования. Этот паттерн проявляется в мириадах однообразных шаблонов прикосновений, которые протирают дырки как в коже, так и в терпении. В этом случае быть принимающей стороной ничем не приятнее.

Прикосновения к партнеру во время его полного умственного «отсутствия» – живое доказательство того, что секс по природе своей не является интимным (или чувственным) переживанием.

Блокирование эмоциональной связи во время прикасаний не так уж противоречиво, как это поначалу кажется.

На самом деле мы постоянно делаем это во время секса. Чувства можно заблокировать во время поцелуев и предварительных ласк, полового акта и даже орального секса (для этого просто представьте себе, что вы им занимаетесь, когда вам не нравится вкус). Мы задействуем эту «способность» прикасаться безо всякого чувства, когда практикуем обычный семейный садизм. Это способ отстраняться от другого человека даже в ситуации, когда вы доводите его до оргазма. Эмоциональная связь во время прикасаний весьма ощутима – для тех, кто может ее себе позволить. Некоторые не могут признаться в том, что это так – и что они скучают по этому, некоторые не замечают никакой разницы, а еще кому-то просто всё равно.

Чувствование – как и нечувствование – людей, которых вы любите, касается не только секса. На нашем ретрите для пар люди особым образом настраиваются на чувствование – я предлагаю им перепрожить, как в детстве ощущалось присутствие на таком событии, как семейный обед. (Попробуйте на минутку отвлечься от чтения и сами это сделать). Реакции поразительно мощные: некоторые вздрагивают, а многие просто категорически отказываются это делать! И через сорок лет после самих событий они все еще чувствуют «неприятные вибрации», пронизывавшие дом. (По этой причине я предлагал практиковать объятия до расслабления в общей комнате вашего жилища, если у вас есть дети, как только вы научитесь комфортно делать это в приватной обстановке).

Неправда также и то, что будто бы все люди, отключающиеся во время секса, просто не осознают, что теряют. Например, тем, кого я только что упоминал (кто не желал «возвращаться домой»), требовалось почувствовать, что там происходило, для того чтобы осознать, что им не хочется снова это переживать. Те, кто ведет себя так, словно и знать не хочет тех чувств, которые им так навредили, не всегда являются «бесчувственными»: часто они все еще пытаются убить ту часть себя, которая что-то чувствует. (Они пытаются уничтожить то звено переживаний, которое мы ранее назвали словом «вибрации» – пытаясь не чувствовать людей, которых они любят).

Снова и снова мне приходится работать с парами, которые не могут объяснить свои сексуальные проблемы, отсутствие желания или удовольствия, потому что они заблокированы убеждением о том, что у них есть контакт друг с другом. Обычно им все же удается обнаружить новые способы обретения желаемого секса и общности – но только ценой избавления от фантазии о том, что они все это время находились в контакте. Они начинают понимать, чего они не чувствовали во время секса, и почему и как они избегали этого (и перестают обвинять в этом свой «плотный рабочий график»). Подобно Терезе и Филипу, им нужно как-то смягчить эмоциональный удар от осознания того, что происходило (и не происходило) с ними все эти годы. И это включает в себя еще один аспект дифференциации: способность вынести боль роста.

Далеко не всегда чувствование друг друга во время прикасаний сопровождается резкими изменениями в поведении. Тереза и Филип добились этого внимательным анализом того, как они уже умеют прикасаться друг к другу, вместо фокусирования на конкретных приемах прикосновений. Мы обсуждали это как установление «вибрационной связи», не вдаваясь в описания конкретных шаблонов или мест.

Правда, я таки дал им «простые» рекомендации для глубокого контакта, такие как замедление всех действий. Обычно при таком условии установить связь удается довольно легко – и именно по этой причине многие пары этого не делают. Вспомните, какие трудности возникали у студентов на демонстрации в медицинском центре. Замедление, достаточное для создания вибрационной связи – позволение своему партнеру почувствовать себя, и наоборот – осуществить не так просто. Но когда это случается, часто это бывает очень красиво: для примера хотя бы вспомните историю об отношениях отца (студента-медика) и его маленького сына.

Подлинная суть сексуального мастерства – это самообладание. Нам стоит проявить большее уважение к мощи позитивной вибрационной связи между людьми. Она может (как показывают современные исследования) влиять на иммунную систему, и, без сомнения, сильно воздействовать на эмоции. Я наблюдал эту мощь как лично, так и профессионально.
Участники наших ретритов для пар работают над чувствованием во время прикасаний, потому что почти половина из них сообщает о том, что они «ничего» не чувствуют – т.е. они чувствуют кожу, но не партнера. (Недостаток «присутствия» дополнительно способствует низкому сексуальному желанию у женщин, независимо от их сексуальной ориентации. Во время нашего ретрита для лесбийских пар мы, например, обнаружили, что для них это служит особым источником разрушения сексуального желания).
Мы предлагаем дополнительные сессии для тех пар, которые не могут почувствовать друг друга. Их поразительно однообразные отзывы хорошо иллюстрируются примером одной ясно запомнившейся мне пары. У жены были особенно большие трудности с замедлением прикасаний. Она «щетинилась» и никому не позволяла себя обнимать, ни физически, ни эмоционально. Она была просто перегружена тревожностью, будучи дочерью еврейских беженцев, которым едва удалось избежать гибели во время второй мировой войны. Она деревянно водила рукой по телу своего мужа, у которого была собственная история проблем с прикасаниями: в подростковом возрасте он заразился болезнью, которая разрушила его спортивную карьеру и на много месяцев изолировала его от человеческих прикосновений. Через несколько минут таких вот поглаживаний руки своего мужа вдруг был достигнут момент, когда ей наконец, похоже, удалось позволить себе прикоснуться к нему. И в этот момент мужчина вдруг разрыдался! Наконец сумев почувствовать ту связь, которой им всегда хотелось, они пережили всю боль от того, чего им так не хватало.
Когда людям наконец удается создать контакт,
обычной реакцией бывают слезы радости и большее уважение к сексу.

(Несколькими днями позже и другие пары на ретрите спонтанно стали говорить о том, насколько мягче и доступнее они стали друг с другом).

Ключом к этому является установление вибрационной связи и чувствование друг друга любым подходящим способом. Это дает вам возможность использовать собственный опыт как инструмент: как только вы начинаете понимать, что ищете, вы можете «следовать за этим ориентиром» к любому сексуальному поведению, а не просто выполнять какие-то приемы ради повышения стимуляции.

Прикасаетесь ли вы к своей партнерше во время секса?

Этот вопрос поначалу может звучать смешно, но я подчеркиваю важность чувствования своего партнера. Прикасаетесь ли вы к ней сердцем и умом? Несмотря на то, что наши причины разрывать (или не создавать) эмоциональную связь во время прикасания уникальны, способы делать это у всех одни и те же. Некоторые настолько характерны для природы человека, что во время семинаров я без труда могу помочь студентам обнаружить их у самих себя.
Много лет я преподавал предмет человеческой сексуальности студентам-медикам в медицинском центре Государственного университета Луизианы в Нью-Орлеане. В амфитеатре, в окружении нескольких сотен почти-врачей я просил выйти двух добровольцев для «демонстрации прикасаний». Я просил одного взять руку другого и начать ласкать ее, стоя перед однокурсниками. (Я нарочно выбирал двух мужчин, поскольку знал, что обычная гомофобия заставит их постараться выполнить мое задание без реального чувствования друг друга). «Исполнитель» неизменно начинал торопливо гладить руку товарища – механически и одинаковыми движениями. Я часто начинал «помогать» ему, давая советы: «Попробуй сделать движения помедленнее».

Обычный ответ был: «Я стараюсь!»

При этом исполнитель продолжал усердно почесывать руку партнера. Иногда попадался такой, кто все же делал движения достаточно медленно для того, чтобы почувствовать своего партнера. И вы можете догадаться, что происходило в этот момент: они немедленно прекращали прикасания! Во время обратной связи мы обсуждали то, как это соотносится с тем, что они делают со своими любовниками и пациентами. И то, как они оправдывали отсутствие создания контакта, в равной степени относилось как к гетеросексуальности, так и к гомосексуальности.

Я никогда не забуду один из случаев, когда я проводил такую демонстрацию: одним из выбранных мною студентов оказался более зрелый мужчина, который поступил на медицинский факультет не прямо из колледжа. Я был поражен, наблюдая то, насколько медленно и осознанно он прикасался к своему «партнеру». (Второй участник при этом умирал от смущения и гомофобии). Я сказал ему, что я ни разу за десять лет демонстраций не видел, чтобы кто-то так успешно прикасался к партнеру. «Для этого мне требуется собрать в кулак всю мою волю», – отвечал мне студент, продолжая прикасаться к руке своего партнера во время нашего разговора.

Несколькими днями позже этот студент догнал меня в коридоре, когда я выходил из своего кабинета.«Помните меня? Я был одним из участников демонстрации».«Помню ли я? Тебя я никогда не забуду!»«А я хотел рассказать, что произошло со мной с того момента. Я начал размышлять о своем пятилетнем сыне. Он постоянно жалуется на то, что я слишком груб с ним – что я делаю ему больно, когда мы устраиваем какие-то игры. После демонстрации я осознал, что прикасаюсь к нему так грубо потому, что боюсь на самом деле почувствовать его и насладиться этим. Я боялся, что это сделает его нюней – или голубым – вдруг ему понравится, как к нему прикасается мужчина. Всю свою жизнь я опасался, я латентный гомосексуалист. И я осознал, что все эти свои страхи вымещал на сыне».Он продолжал: «Мой сын всегда был словно заведенным, его трудно было заставить делать что-то – ему даже поставили диагноз «гиперактивность». И вот, после обдумывания того, что произошло на занятиях, я попробовал прикасаться к нему – не сексуальным образом, конечно – но я просто позволил себе почувствовать его. Это было несколько дней назад.

Мы с женой не можем поверить в изменения, которые после этого произошли. Мой сын вдруг стал тихим… словно кто-то разрядил его внутренний заряд. Я просто хотел сказать «спасибо»!»

В течение нескольких секунд мы оба молчали. Мы просто смотрели друг на друга. Наконец, я произнес: «Ты не возражаешь, если я когда-нибудь напишу о тебе и о твоем сыне?»
«А что? Мы какие-то особенные?»

«Да, в этом есть особая красота! Я думаю, что ваш опыт поможет множеству людей».
Понравилась статья? Расскажите друзьям:
Записаться на семинар
или задать вопрос

Пожалуйста, заполните форму и мы с вами свяжемся.

Почта
Имя
Телефон
Ваш вопрос или заявка
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности
Made on
Tilda